К СВЕТУ ЧЕРЕЗ СЛОВО
СЛОВО ПРОТИВ ОРУЖИЯ
В деле воспитания местного населения особое внимание уделялось школам. Российский историк Борис Чижов в работе, посвящённой судьбе Константина Кауфмана, привёл выдержку из выступления последнего на учительском съезде в городе Верный в 1878 году: «Только народное образование способно завоевать край духовно: ни оружие, ни законодательство не могут этого сделать, а школа и только школа может».
Помочь в организации образовательных учреждений Константин Петрович попросил своих друзей, с некоторыми из которых был знаком с детства. Начали с подготовки кадров. Ведь педагогам предстояло обучать местное население, которое не знало русского языка. Для будущих учителей в Ташкенте по распоряжению К.П. Кауфмана была организована учительская семинария.
«Учителям Константин Петрович оказывал особое внимание как при его посещении отдалённых регионов края, так и их проезде через Туркестан. Он также понимал, что во что бы это ни стало, нужно было найти некое связующее звено в общении местной молодежи и русских сверстников. За советом он обратился к известному в то время просветителю Николаю Ивановичу Ильминскому. Тот порекомендовал в вопросе образования соблюдать неспешность и максимальную осторожность. Постепенно открывать русско-туземные школы с русским языком обучения. Далее же развивать процесс уже с помощью выпускников, открывать школы в других областях», – писал в монографии Б. Чижов.
Константин Петрович принял решение построить 92 русско-туземные школы. Четырнадцать из них появились в Семиречье, два десятка – в Ферганской области, остальные – в Сырдарьинской, Самаркандской и Каспийской областях.
Одна из таких школ в 1887 году была открыла в Оше. Её директором стал полковник царской армии Федор Баранов. Причём рекомендовал его на эту должность сам К.П. Кауфман.
«15 января 1887 года в небольшом городе Ош открылась русско-туземная школа. В этот день в школу явились 11 учащихся. Дети сидели за партами, но занятий не было. На стене были чёрная доска, географическая и другие картинки, на партах чернильницы и грифельные доски показались интересными. Множество людей не давало возможности учащимся для занятий, всем было интересно посмотреть, что находится внутри класса. Уходя, многие из гостей обещали привести в школу своих детей. Учёба была лишь на следующий день», – такое сообщение было опубликовано в газете «Туркестанский вестник».
Первоначально для работы русско-туземных школ не было никаких пособий. Восполнить этот пробел в работе удалось лишь в 1890 году, когда под авторством Сергея Михайловича Граменицкого вышло несколько учебных пособий, написанных специально для русско-туземных школ.
Эти учебники впоследствии использовались при подготовке первых букварей и книг для чтения на местных языках, составленных по принципу звукового способа преподавания родной грамоты.
Кроме того, использовались такие учебники, как «Родное слово», «Детский мир», «Мир в рассказах для детей», «Книга для чтения», подготовленные Константином Ушинским, Василием Вахтеровым и Львом Толстым. Их труды расширили кругозор детей и несколько облегчили усвоение русского языка.
ЧЕРЕЗ ТЕРНИИ
Открытие первых светских школ в ряде регионов было с недоверием встречено духовенством, которое считало, что молодёжи достаточно того, что им преподаётся в медресе. Однако обучаться в этих учебных заведениях чаще всего могли лишь дети состоятельных родителей. В школах же занимались дети бедняков. Правда, только мальчики, девочкам путь к образованию пока был закрыт. Родители не могли допустить, чтобы их дочери сидели с открытыми лицами перед мужчиной-учителем.
И здесь на помощь Федору Баранову пришла жена командира Ошского гарнизона Сергея Топорина – Лидия Эрнестовна. Она стала преподавать в школе русский язык и географию. Скромной женщине удалось обаять не только своих учениц, но и их родителей. Для того чтобы дети понимали русский язык, она сама выучила кыргызский и часто переводила на урокам ребятам русские сказки.
Однажды к ней на занятия пришёл отец одной из девочек с претензией, что его дочь учат странным и, по его мнению, греховным с точки зрения религии вещам. Речь шла о географии, где рассказывалось о том, что Земля круглая и вращается вокруг Солнца, о материках и проживающих там людях. Разгневанный мужчина забрал из школы свою заплаканную дочь и строго-настрого запретил ей даже приближаться к школе. Более недели девочка не посещала занятия. Лидия Эрнестовна рассказала о случившемся мужу, но тот посоветовал не вмешиваться. Тогда, набравшись смелости, покрыв голову платком и захватив бумажный свёрток, учительница пошла в дом к своей ученице. Гостью приняли, как подобает обычаям. Сначала угостили чаем и поинтересовались целью визита. Она на безупречном кыргызском языке поблагодарила за угощение и передала хозяину дома свёрток. В нём лежали книги – труды прославленных арабских математиков – Аль-Хорезми, Омара Хайяма, Аль-Беруни, Насир Ад-Дин Ат-Туси, Джамшида Ал-Каши – учёных-мусульман, которые подарили миру множество уникальных открытий.
Она оставила книги, попрощалась и отправилась домой. Утром мать девочки привела её на занятия. Она оказалась очень прилежной ученицей и всё схватывала на лету. В конце учебного года Лидия Эрнестовна решила провести родительское собрание и рассказать об успеваемости её подопечных. Пришёл и отец той девочки. Когда же он услышал имя своей дочери в числе лучших учениц, он молча встал и при всём классе подошёл и поклонился Лидии Эрнестовне.
СЕВЕРНЫЙ ПУТЬ
Процесс образования местного населения на севере Семиречья развивался динамичнее, чем на консервативном юге. Первая приходская начальная школа была открыта в городе Токмак 9 февраля 1870 года.
Помещения для неё не было, и для проведения занятий арендовались дома. Обучение в ней было бесплатным и тоже только для мальчиков. Занятия проводились в двух отделениях – младшем, где занимались ученики от 7 до 13 лет, и старшем, для юношей от 14 до 16 лет. Одно время русский язык, математику и географию преподавали Евграф Кондратьев и священник отец Серафим. Школа пользовалась большой популярностью среди местного населения, и вскоре по распоряжению вице-губернатора Семиречья Павла Петровича Осташкина школе выделили здание и открыли классы для девочек. Сюда же была направлена группа педагогов из Ташкента. Согласно сведениям о токмакской школе за 1874 год, школа была правительственной. Плата за обучение с учеников не взималась. Дом для помещения школы нанимался. Школа была одноклассной, рассчитанной на два отделения (младшее – 24 ученика и старшее – 13 учеников, только мальчиков). Детей обучал русскому языку, чистописанию, чтению, краткой истории русского государства и описанию частей света один учитель, ещё один – законоучитель закону Божьему. Назначенный на должность учитель окончил уездное училище в городе Троицке Оренбургской губернии, пользовался казённой квартирой при школе. Законоучителем был священник местной церкви. Жалованье у обоих составляло по 120 рублей в год. Объём курса был трехгодичным, каникулы продолжались с 1 июня по 1 октября. Учебные пособия выдавались ученикам бесплатно. На их приобретение предусматривалась специальная статья в бюджете школы.
Большую роль в продвижении русского языка в Караколе сыграли три человека: русские путешественники Ярослав Иванович Корольков, Всеволод Иванович Роборовский и Пётр Кузьмич Козлов, которые открыли первую библиотеку в память о своём учителе Николае Михайловиче Пржевальском. При ней активно действовало Пржевальское драматическое общество. Его члены организовывали постановки произведений русских классиков, устраивали массовые чтения вслух.
Первая школа для детей сначала русских переселенцев, а после и местного населения была открыта основателем Каракола бароном Александром Васильевичем фон Каульбарсом. Позже уже первый градоначальник Николай Матвеевич Барсов не только построил ещё несколько школ, но и открыл училище по подготовке учителей. Преподавателем русского языка в учебном заведении стала супруга градоначальника Надежда Ростиславовна Барсова, а также её подруги – Ангелина Севастьянова и Варвара Козлова, жёны офицеров.
АВТОР: Суеркул СЕИТОВ
