Далеко от линии фронта

«Другая война»

В предисловии к опубликованной в Париже в 1937 году книге «Центр германской секретной службы в Мадриде в 1914–1918 гг.» бывший в то время вице-председателем Высшего военного совета Франции генерал Максимилиан Вейган пророчески писал: «Вероятно, никогда еще столько не говорили о войне, как теперь. В разговорах все сходятся на том, что если бич войны снова поразит Европу, то на этот раз война будет „всеобъемлющей“ („тотальной“). Это значит, что в борьбе будут участвовать не только люди, способные носить оружие, но будут мобилизованы и все ресурсы нации, в то время как авиация поставит самые отдаленные районы под угрозу разрушения и смерти».

Напомним, что писалось это еще за 1,5 года до начала реализации гитлеровских планов по «расширению германского жизненного пространства», но когда уже предчувствие новой большой беды стало постепенно овладевать элитами сопредельных Германии государств.

«Наряду с открытым нападением на врага, — продолжал Вейган, — в широких масштабах развернется и так называемая „другая война“ — война секретная и также „всеобъемлющая“, в задачу которой войдут деморализация противника, восстановление против него широкого общественного мнения (пропаганда), стремление узнать его планы и намерения (шпионаж), препятствование снабжению (диверсии в тылу)…». Следует отметить, что Максимилиан Вейган хорошо знал предмет, о котором он говорил, поскольку до этого в течение 5 лет возглавлял французский Генеральный штаб, которому подчинялось знаменитое «2-е бюро» — военная разведка Франции. А в описываемый период он лично вел переговоры с турецкими властями и представителями антисоветской кавказской послереволюционной эмиграции об организации разведывательно-подрывной работы на территории СССР.

Разумеется, на непосредственное восприятие угрозы шпионажа со стороны иностранных спецслужб и предпринимавшиеся в этой связи меры по повышению бдительности населения не могли не влиять политические выступления и директивы И. В. Сталина. Особенно его заключительное слово на мартовском Пленуме ЦК ВКП(б) 1937 года, когда он призывал «Помнить и никогда не забывать, что, пока есть капиталистическое окружение, будут и вредители, диверсанты, шпионы, террористы, засылаемые в тыл Советского Союза разведывательными органами иностранных государств, помнить об этом и вести борьбу с теми товарищами, которые недооценивают значения факта капиталистического окружения, которые недооценивают силы и значения вредительства».

Эта установка Верховного главнокомандующего объясняет последовавшую вскоре весьма широкую публикацию в СССР переводных работ иностранных авторов о роли разведки в мировой войне, а также их последующие переиздания в 1942–1944 годах.

Абвер в тылу

В реализации агрессивных планов в отношении СССР значительная роль отводилась германским спецслужбам, и прежде всего военной разведке — абверу, приобретшему значительный боевой опыт за период военных действий в Европе в 1939–1941 годах.

По замыслам германского верховного командования, агенты и диверсанты абвера должны были дезорганизовать советскую оборону и тылы Красной Армии, парализовать ее коммуникации, обеспечив тем самым победу в «блицкриге».

Несмотря на достигнутые в начальный период войны успехи в этом направлении, германские спецслужбы в конечном итоге потерпели поражение в разведывательном противоборст ве с советскими органами безопасности.

Так, уже к концу 1941 года органами НКВД СССР было обезврежено около 5000 германских агентов, более половины из которых были ликвидированы непосредственно в зоне боевых действий.

С учетом опыта боевых действий вермахта в Европе, советским руководством был сделан обоснованный вывод о возможном широком использовании агентов-парашютистов и парашютных десантов для дезорганизации тыла и осуществления иных диверсионно-подрывных действий. Известная директива НКВД СССР от 22 июня 1941 года ставила перед всеми подразделениями органов безопасности задачу по предотвращению диверсий на объектах промышленности и транспорта.

В дальнейшем эта задача, с учетом получаемых новых данных о тактике действий противника, конкретизировалась в ряде директив и приказов по органам госбезопасности.

В соответствии с приказом НКВД СССР от 25 июня 1941 года в управлениях госбезопасности западных областей были образованы оперативные группы для борьбы с агентами и воздушными десантами противника, которым в качестве боевых подразделений придавались истребительные батальоны, формировавшиеся из местных жителей, не подлежавших немедленному призыву в РККА.

Но, по мере краха стратегии «блицкрига», ставшего очевидным уже к октябрю 1941 года, центр тяжести разведывательно-подрывной деятельности германской разведки начал переноситься на тыловые области и районы СССР.

План «Цеппелин»

Для реализации новой стратегии «тайной войны» в марте 1942 года Главным управлением имперской безопасности (РСХА) Германии был разработан специальный план под кодовым названием «Унтернемен Цеппелин». Для его непосредственной реализации в составе VI разведывательного управления РСХА был создан специальный отдел под тем же названием, которому первоначально были приданы 4 фронтовые зондеркоманды при оперативных группах полиции и службы безопасности на оккупированных территориях СССР, а также несколько разведывательно-диверсионных школ по подготовке агентов для заброски в советский тыл.

При этом зондеркоманды «Цеппелина» должны были также взаимодействовать с фронтовыми абверкомандами — фронтовыми передовыми органами военной разведки Германии, приданными фронтовому командованию, в подчинении которых действовали абвергруппы.

Абверкоманды организовывали и вели разведывательную и контрразведывательную деятельность, также перед ними ставились задачи организации диверсий и разложения тыла советских войск.

В рамках операции «Цеппелин» предусматривалась организация массовой заброски в советский глубокий тыл агентуры с разведывательными, диверсионными, пропагандистскими и организационно-повстанческими заданиями для инспирирования вооруженных антисоветских выступлений.

В плане РСХА прямо указывалось: «нельзя ограничиваться десятками групп для разложенческой деятельности, они для советского колосса являются только булавочными уколами (что явно означало признание прежних стратегических просчетов германского командования и разведки. — Примечание автора.).

Нужно забрасывать тысячи».

Помимо осуществления стратегической операции «Цеппелин» германская разведка проводила тактические разведывательные мероприятия, направленные, в частности, на обеспечение проведения наступательных операций вермахта.

Активное участие в ведении разведки в советском тылу и прифронтовой полосе, заброске агентуры в тылы Ленинградского и Карельского фронтов принимала финская разведка.

Радиоигры

Изменение стратегии деятельности абвера и «Цеппелина» не осталось незамеченным для советской контрразведки. НКВД СССР своевременно разгадал стратегический замысел германских спецслужб и создал условия для централизованного руководства борьбой с забрасывавшейся агентурой, что позволило парализовать планы противника по дестабилизации советского тыла.

25 апреля 1942 года НКВД докладывал Государственному комитету обороны, что только в марте-апреле были задержаны 76 агентов противника, переброшенных как в одиночном порядке, так и в составе разведывательнодиверсионных групп в города Вологду, Ярославль, Иваново, Пензу, Молотов, Тамбов, Куйбышев, Сталинград, Казань, Горький, у которых была изъята 21 радиостанция для связи с разведцентрами противника. В целях ограничения активности германской разведки в указанных городах и создания видимости «успешной» работы заброшенной агентуры по 12 радиостанциям была установлена радиосвязь и начаты оперативные игры с 3 абверкомандами, 2 абвергруппами, а также зондерштабом абвера "Р".

Всего за годы Великой Отечественной войны были проведены 183 радиоигры с разведывательными центрами противника. Как сообщал НКВД СССР в Государственный комитет обороны, только из числа задержанных с 1 мая 1942 года по конец апреля 1943 года 223 немецких агентов-радистов 76 использовались в радиоиграх с разведывательными органами противника в целях их дезинформирования о положении на фронте, планах советского военного командования и положении в тылу.

При этом радиоигры с «Цеппелином» велись из Москвы, Волоколамска и Люберец (Московская область), Свердловска, Вологды, Ярославля, Солигалича (Костромская область), Рязани, Тамбова, Воронежа, Куйбышева, Горького, Уфы, Новосибирска, что дает наглядное представление о пространственно-географическом размахе диверсионно-разведывательных планов и замыслов фашистской разведки.

Радиоигры проводились целенаправленно, передача всех дезинформационных материалов санкционировалась контрразведывательным управлением НКВД и Ставкой Верховного командования РККА, что позволяло вводить в заблуждение германское военное командование и разведку.

И не случайно на совещании 15 февраля 1943 года рейхсфюрер СС. Г. Гиммлер вынужден был признать: «Результаты разведывательной работы „Цеппелина“ были удовлетворительными (откуда ему было знать, что они представлялись таковыми с подачи советской контрразведки, в значительной степени контролировавшей всю деятельность „Цеппелина“! — Примечание автора.). Но свою главную задачу — провести в большом масштабе диверсионную и подрывную работу — „Цеппелин“ выполнил, несомненно, плохо».

Так действия чекистов в глубоком тылу, а также наступательные операции советских войск на фронтах, в том числе под Сталинградом и на Северном Кавказе, сорвали наглые планы вермахта.

Арифметика «тайной» войны

Только за 4 месяца 1943 года в тыловых областях от Архангельска до Калмыкии были задержаны 979 германских и финских агентов-парашютистов. Из них 442 явились с повинной добровольно, 448 были арестованы в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий, 52 были убиты при задержании.

Всего же, по данным Радиоконтрразведывательной службы Народного комиссариата государственной безопасности СССР, за годы войны неприятельскими разведками были переброшены 1078 агентов с радиостанциями, из которых был задержан 631 шпион. Финской разведкой за годы войны были переброшены 54 радиста, из которых арестованы были только 26.

«Пик» заброски вражеской агентуры пришелся на 1944 год.

Всего, по справке 6-го отдела 2-го управления НКГБ СССР от 13 ноября 1945 года, за годы Великой Отечественной войны в тыловых областях Советского Союза были задержаны 1854 германских агента, у которых были изъяты 376 коротковолновых радиостанций. Органами НКВД были обезврежены 172 диверсионные группы, в состав которых входили 554 агента, 35 разведывательно-диверсионных групп (включающие 302 агентов противника), 109 диверсантов-одиночек, 242 разведывательные группы (в которые входили 663 немецких агента) и 224 разведчика-одиночки.

При этом 681 немецкий агент добровольно сдался органам советской власти и сообщил о полученном им от немецкой разведки задании, остальные были задержаны в процессе проведения оперативно-розыскных мероприятий по поиску заброшенных агентов противника. 127 германских агентов при задержании оказали сопротивление и были убиты в процессе завязывавшихся перестрелок.

Таковы общие итоги «тайной» войны, ведшейся вдали от непосредственной линии соприкосновения армий двух государств.

Олег ХЛОБУСТОВ