Днестр - русская река

Содержание, форма и адресная аудитория этого премьерского «мессиджа» со стороны выглядели, как всегда, достаточно многозначными и неопределенными, так что комментаторы и эксперты начали просто теряться в собственных догадках.

Самые отчаянные конспирологи сопоставили эти слова с мартовским заявлением бывшего руководителя румынской внешней разведки генерала Иоанна Талпеша о том, что в беседе с ним один «очень высокопоставленный чиновник в НАТО» допустил возможность принятия в Северо-Атлантический альянс «Украины, столицей которой будет Львов». И пришли к выводу о том, что «нэзалэжной» в её нынешнем виде, возможно, осталось существовать не слишком долго.

Тем более что разговоры об изменении современных государственных границ Украины и о необходимости раздела этого «искусственного образования, которое Сталин буквально слепил из русских, украинских, польских, татарских, венгерских и румынских земель», велись достаточно давно. Более того, разрешение Международным судом ООН румынско-украинского конфликта вокруг острова Змеиный уже создало прецедент такого изменения. А недавние провозглашения Донецкой и Подкарпатской республик, на которые официальный Киев, погрязший в перманентном трехстороннем политическом клинче Ющенко, Тимошенко и Януковича, так и не смог дать адекватного ответа, только подтвердили кризисное состояние нынешней украинской государственности.

Всё это, вместе взятое, переводит дискуссию о том, какие территории, входящие сегодня в состав Украины, Россия при благоприятных для неё условиях может и должна «вернуть обратно», из разряда чистой абстракции в разряд едва ли не актуального геостратегического планирования.

И здесь самой сложной проблемой представляется прежде всего определение принципов такого планирования.

Дело в том, что согласно действующим Конституции России 1993 года и Федеральному закону от 31 октября 2005 года «О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в её составе нового субъекта Российской Федерации», инициатором предложения о принятии в Российскую Федерацию в качестве нового субъекта иностранного государства или его части и заключении соответствующего международного договора является данное иностранное государство.

Из этого следует, что с соответствующим предложением к России может обратиться только правительство Украины или правительство какого-то иного государства, возникшего на её территории. Прецеденты подобного рода в новейшей истории были: достаточно вспомнить вхождение в состав СССР Литвы, Латвии и Эстонии в 1940 году, предусмотренное «пактом МолотоваРиббентропа».

Но тогда было хотя бы понятно, с кем и о чем можно договариваться. В отношениях же с Украиной подобной ясности нет и быть не может, поскольку Соединенные Штаты Америки устами Збигнева Бжезинского давно назвали отделение Украины от России своей важнейшей геостратегической задачей и всеми силами будут противиться воссоединению двух наших стран в любой правовой форме, максимально поддерживая и укрепляя антироссийский вектор украинской политики, что, в общем-то, и происходит, начиная с 1991 года.

Поэтому, пока США сохраняют позиции глобального лидера, ни о какой «Переяславской Раде № 2» не может идти и речи. И только в случае утраты этих позиций итоги развала СССР могут быть в какой-то мере пересмотрены. Но тогда на первый план в «украинском вопросе» для России выступит Евросоюз, с которым (а это не только Варшава или Бухарест, но прежде всего — Берлин, Париж и Лондон) и придется обсуждать судьбу «нэзалэжной».

Далее, предусмотренное российским законодательством присоединение Украины к Российской Федерации как целостного государства — в виде республики в составе России — приравняет правовой статус 42-миллионной страны к статусу, скажем, Татарстана или Чечни, что является нонсенсом и, кстати, одним из камней преткновения в отношениях России с 10-миллионной Республикой Беларусь. Следовательно, России предстоит либо дробить Украину, принимая её «по частям», либо изменять собственное законодательство.

Иными словами, любое изменение нынешнего статус-кво в отношениях с Украиной грозит критической модификацией и самой России.

Александр МАСЛОВ, Киев