Историческая общность людей

Народы общаются на языках политики и сердца.

Политика — латынь, протокол. Язык ущербный.

Например, с точки зрения дипломатии «вся Грузия терпеть не может Россию». Но музыку к русской песне «Мамо» пишет грузин.

С политических позиций прибалты — заклятые друзья России. Но именно эстонка сочиняет слова для этой песни. И далее — «все эстонцы», низведшие русских у себя в стране до положения «негров», неграждан, голосуют языком сердца на Евровидении за Россию.

Зайдите в любой пивной бар Риги во время какого-нибудь матча сборной России (естественно, не со сборной Латвии), и вы убедитесь, что латыши болеют «за наших», то есть за российскую сборную.

И вообще, по дуге от Казахстана до Армении и далее — Балтии, за исключением, может быть, прикарпатских западенцев, в силу их легендарного упрямства, пограничные народы в массе своей глубоко симпатизируют народу бывшей метрополии.

Давно прошли те времена, когда перед русскими расправляли плакаты «Чемодан, вокзал, Россия!». История повторилась в виде фарса. Теперь под этим же лозунгом едут к нам те, кто их писал: казахи, узбеки, таджики, молдаване, грузины.

Едут не в соседние и исторически более близкие Турцию, Иран или Афганистан, где никто не назовет тебя «черным», а в Россию. Едут в страну с чуждым менталитетом и опасным для здоровья климатом. Ничего не останавливает. Потому что они знают, чуют: там, на севере, в едином государстве столетиями уживаются до 50 народов, до сотни племен самого разного происхождения.

Пусть природа естественная в России сурова, отталкивающая, но природа общежитийная — крайне привлекательная.

Вобщем-то, и по закону физики, теплый воздух поднимается вверх. Жар Средней Азии устремляется в холодные широты, захватывая души людей. А где не действует «закон теплообмена», к примеру, на Украине, там вступает в силу \"закон рыбы\", которая ищет, где глубже.

Критерий силы государства — не армия, не баллистические ракеты, а потоки мигрантов. Как бы ни расхваливали прелести нынешней Украины, но пока украинцы едут работать в Россию, а не наоборот, грош цена той хвале. Россия со всей ее корявой «суверенной демократией» для украинцев — ридна мати.

В Киеве политики у власти клянут северного соседа, а я вспоминаю одного из трех с половиной миллионов украинских мигрантов. Будучи вдовой из Полтавы, обремененная четырьмя детьми, она приехала в Москву, устроилась нянькой. Года через четыре подвернулся ей вдовец с машиной и дачей. Про таких говорят — окрутила. Ну и что, пускай говорят. А у нее и дочка уже закройщица, заказы имеет от богатых людей. И старший сын российское гражданство получил и чин в каком-то московском департаменте. И младшенькие — не в интернате, не в детдоме, а при мамке и дядьке. Вот вам и голодомор. Вот вам и «клятые москали». Паны на Украине, чтобы и далее оставаться «божьими помазанниками», единоличными владетелями территорий и населения, «плюют в колодец» России, готовы сколачивать военные союзы и идти пускать кровь восточному соседу. Но много ли они наберут украинцев в такую армию? Опять же — горстку западенцев. Иначе при первой же боевой стычке начнется братание.

В последние полгода резко, в десятки раз, увеличилось получение украинцами российских паспортов по упрощенной процедуре. И это притом, что двойное гражданство на Украине запрещено.

То есть люди решительно рвут связи с украинским государством.

У соседа на даче работает украинец Сергей. Говорит, в Киеве на стихийной бирже труда у метро «Вокзальная» месяц толкался без толку. Работы нет никакой. А здесь и теперь, в кризис, получает до тысячи баксов в месяц.

Вот и молдавский «господарь» тоже не чтит Россию. Тусуется все больше с Мишей и Витей.

Шантажирует Приднестровьем. Всенародно избранный, он вроде бы и в самом деле должен находиться в состоянии единомыслия со своим народом. Но молдаване, отголосовав за него руками, устраивают затем истинное голосование — ногами. Полным ходом — в Россию на заработки.

Беру пример опять же навскидку. Только что был в одном монастыре под Серпуховым. Там я частый гость. Смотрю: паперть не узнать. За месяц обновили площадь с футбольное поле величиной.

Оказывается, молдаване. Взяли подряд у спонсоров монастыря и работали без выходных с 6 утра до 10 вечера. Увезли примерно по 100 тысяч каждый. За месяц!

У дочки давние знакомые — молодые 30-летние грузины, Гиви с женой и сынишкой Давидом.

Каждый праздник (и Новый год, и День Победы) отмечают обильными застольями с песнями. О политике вообще не говорят. Не потому что дали зарок или щадят свои нежные души. Просто национальность в их дружбе не играет никакой роли. Национальные различия только украшают дружбу.

И наоборот, еду в такси. За рулем грузин. Заточен на политику. Готов вступить в спор, начать со мной свою маленькую войну. И сразу видна мелкотравчатость человеческая. Если бы в Южной Осетии победили его соплеменники, он бы, конечно, был великодушным, но, конечно, и высокомерным до презрения. Но в теперешних условиях — кипит.

Помню, какой гвалт подняли кавказцы ночью прошлого августа под моими окнами. У них тут небольшая автомастерская. Меж ними оказались грузины и осетины. До утра орали. Я не понимал, почему. Утром оказалось: русские танки вошли в Цхинвал.

Потом между этими двумя народами и кровь пролилась немалая, и Южная Осетия стала самостоятельным государством, полный развод совершился, а я наблюдал — в этой самой автомастерской ничего в штате не изменилось. Прооравшись, опять вместе работают и осетины, и грузины. Потому что — Россия. И здесь есть возможность говорить на языке сердца.

Александр ЛЫСКОВ