К середине 50-х годов США имели подавляющее стратегическое превосходство над СССР. Глобальная сеть натовских баз, протянувшихся вдоль государственной границы Советского Союза, позволяла аме-риканцам нанести массированный ядерный удар по узловым объектам военной и гражданской инфра-структуры. Рассчитывать на адекватный ответ нашей стратегической авиации и надводного флота в тот момент не приходилось. Межконтинентальные ракеты еще только разрабатывались в конструкторских бюро. Срочно требовалось найти принципиально новый способ доставки ядерных боезапасов на дальние расстояния. Торпеда-циклоп
Предельная дальность единственного советского носителя ядерного оружия — бомбардировщика ТУ-4А — не превышала 5000 км. Были предложения увеличить радиус действия стратегического авиакрыла за счет дозаправок в воздухе и даже создания сети аэродромов «подскока» в арктической зоне. Своего развития эти идеи не получили ввиду их объективной бесперспективности.
К тому же разведка доносила, что в этом направлении догнать американцев уже вряд ли возможно. К началу 1960 года 48 советским ТУ-4А (96 ядерных бомб) противостояло 1515 стратегических бомбардировщиков В-52 (3030 ядерных бомб).
Надводные корабли советского ВМФ по своему боевому потенциалу также заметно проигрывали американским ВМС. В случае масштабных боевых действий флот был бы уничтожен еще на этапе развертывания.
В этих неблагоприятных стратегических условиях ставку решили сделать на подводные лодки (ПЛ).
Вначале развитие получило так называемое торпедное направление. Советские конструкторы предложили модернизировать торпедное оружие ПЛ под ядерные боезапасы. Конструкторы КБ-11 (Арзамас-16) начали разработку сразу двух вариантов торпед: калибрами 533 мм (торпеда Т-5) и 1550 мм (торпеда Т-15).
После первых испытаний стало ясно, что ПЛ, вооруженные таким оружием,будут малоэффективны в нанесении ядерных ударов по стратегическим объектам потенциального противника. Нулевая высота подрыва ядерной торпеды с учетом колоссального количества портов, гаваней и приморских городов США и их союзников предполагала проведение не одной сотни торпедных атак.
Рождение триады
Параллельно с созданием ядерных торпед в 1954 году в СССР началась разработка баллистических ракет для подводных лодок (БРПЛ). В начале 1959 года на вооружение была принята первая ракета Р-11ФМ в составе ракетного комплекса Д-1.
Одноступенчатая ракета Р-11ФМ на жидком топливе (керосине) имела дальность около 150 км. Ее запуск с ПЛ мог осуществляться только в надводном положении с предварительным подъемом ракеты из шахты хранения.
В дальнейшие годы все конструкторские изыскания были направлены на решение ключевой головоломки: как при увеличении боевого потенциала БРПЛ (Р-11ФМ и Р-13) разместить огромные ракетные комплексы (Д-1, Д-2 и Д-3) на борту субмарин и при этом сохранить приемлемые тактико-технические характеристики самих ПЛ?
Поворотным моментом этих разработок стал 1963 год. На вооружении ПЛ проекта 629 в составе комплексов Д-4 были приняты ракеты Р-21 (мощность 0,8–1 Мт, дальность 1400 км) с подводным стартом из затопляемой шахты. Образно говоря, ракеты «ушли под воду». Это событие, по сути, ознаменовало рождение морской компоненты ядерной триады нашей страны.
Подводные качели «холодной войны»
Итогом развития первого поколения советского ракетоносного атомного флота стали 8 АПЛ проектов 658, 658М и 701. Каждая из наших подлодок несла по 3 БРПЛ. А что у супостата? К концу 60-х годов ВМС США располагали 41 АПЛ типа «Джордж Вашингтон», которые несли на борту по 16 БРПЛ «Polaris». Почти 25-кратное превосходство в боевой мощи!
Симметричный ответ удалось дать спустя десятилетие, когда в состав ВМФ СССР вошли ракетные подводные крейсера стратегического назначения (РПКСН) проекта 667А с ракетными комплексами Д-5У и ракетами Р-27 (дальность 2400 км). Эти лодки положили конец полному господству американцев на океанских просторах и прослужили вплоть до 1997 года.
В начале 70-х годов на вооружение ВМС США поступили ракетоносцы «Итон Ален» и «Ла Фает», вооруженные ракетами «Polaris А-3» и «Poseydon» (дальность около 5000 км).
Наш «симметричный ответ № 2» был дан в конце 70-х годов: 18 РПКСН проекта К-279 («Мурена») с ракетами Р-29 (дальность 9100 км). «Долгорукие» Р-29 существенно изменили тактику РПКСН: теперь не надо было выходить в дальние районы боевого патрулирования (Атлантика и Тихий океан) и прорывать противолодочную оборону Северо-Атлантического альянса.
В условиях партнерства ради мира
Дальнейшее развитие отечественного ракетоносного флота отмечено многими успехами. Нельзя не вспомнить РПКСН третьего поколения проекта ТК-208 — знаменитые «Акулы» с титановыми корпусами. Добрым словом вспоминают подводники малошумные «Дельфины», строившиеся вплоть до 1990 года.
В 2000 году наша страна ратифицировала Договор СНВ-2. В соответствии с ним на БРПЛ всех типов должно остаться не больше 1750 ядерных боеголовок.
К началу 1992 года на 58 РПКСН (проекты667 всех модификаций и 941)размещались 2792 ядерные боеголовки (около 40% ядерного боезапаса России). Через 6 лет количество боеголовок сократилось до 1854, число РПКСН — до 26.
В 1993 году, в момент подписания договора СНВ-2, предполагалось, что Россия будет иметь 23–25 боеспособных РПКСН. Однако катастрофическая нехватка средств для проведения среднего ремонта значительно подпортила эту статистику. По неподтвержденным данным, сейчас в составе российского ВМФ около 15 РПКСН, способных нести боевую службу на океанских просторах. Без новых ракетоносцев морская составляющая СЯС России может окончательно деградировать.
Неподъемная «Булава»
15 апреля 2007 года в Северодвинскебыл спущен на воду головной подводный ракетоносец проекта 955 «Борей» — спустя 17 лет после того, как в марте 1990 года разбилась бутылка шампанского о борт последнего РПКСН (К-407 "Новомосковск ") советской постройки.
Первый российский РПКСН получил название «Юрий Долгорукий» и стал первой АПЛ четвертого поколения. В марте 2004 года заложили РПКСН «Александр Невский» (проект 955 А), в марте 2006 года — РПКСН "Владимир Мономах ". В соответствии с государственной программой российскийВМФ должен получить до конца 2017 в общей сложности 8 ракетоносцев четвертого поколения. Но уже сегодня ясно, что, скорее всего, сроки будут сдвинуты вправо.
Опасенийдобавляюттревожныеитоги промежуточных испытаний новой баллистической ракеты РСМ-56 "Булава ", которой будут вооружаться новые РПКСН. Испытания «Булавы» должны были завершиться еще в 2007 году. Но как ни старается российская оборонка, а принять новую ракету на вооружение не получается.
На сегодняшний день основу российских морских СЯС составляют 6 ракетоносцев проекта 667БДРМ и 6 ракетоносцев проекта 667БДР.
Лодки проекта 667БДРМ, благодаря своевременному ремонту и модернизации, прослужат до конца 2020-х годов. Лодки предшествующей модификации — 667БДР — скорее всего, будут выведены из боевого состава ВМФ в самые ближайшие годы. Замена этой шестерки на 8 «Бореев» позволит к концу следующего десятилетия даже несколько увеличить численность стратегических сил флота, а значит, сохранить России паритет в сегменте морских СЯС.
Главное — окончательно не завалить сроки строительства «Бореев» и доводки «Булавы». Наследие советской оборонки, позволявшее все эти годы России сохранять статус ядерной морской державы, на исходе.
Роман ФОМИШЕНКО
