<font color=#E0071C>Банановый патриотизм</font>

Анализируя идеологический курс российского руководства, исследователи чаще всего говорят о его стремлении к последовательной десоветизации общества и взятии на вооружение принципов Белого движения, которое, в свою очередь, унаследовало многие лозунги Февральской революции 1917 года.

На первый взгляд, свидетельств этому более чем достаточно. Торжественное перезахоронение главнокомандующего белогвардейскими войсками на юге России Антона Деникина и философа-эмигранта Ивана Ильина. Символическое посещение их могил Владимиром Путиным, не раз цитировавшим Ильина в своих выступлениях. Невиданный масштаб премьеры фильма «Адмиралъ», главным героем которого стал верховный правитель белой России Александр Колчак.

И, конечно, выступление Путина перед студентами, когда, отвечая, в каком периоде истории он хотел бы оказаться, национальный лидер без колебаний назвал Февральскую революцию, определив ее как один из самых ярких примеров подъема национального духа.

Подобные примеры можно перечислять бесконечно, и не зря прокремлевский публицист Максим Соколов назвал нынешний режим «национально-воспитывающей белой диктатурой с максимально возможным для диктатуры человеческим лицом».

Однако есть и другие мнения. Французская газета «Либерасьон» отметила, что «Путин предпочитает хранить миф о Сталине», а «исторической правде о советском прошлом и демократии нет места в этой молчаливой реставрации прошлого». Фактов, подтверждающих эту версию, меньше, однако они существуют. Например, недавнее восстановление славящей Сталина надписи на станции метро «Курская». Или высокое место, которое позволили занять фигуре Сталина на организованном официозным телеканалом РТР конкурсе «Имя России». И, наконец, демонстративное восстановление Путиным первоначального облика Знамени Победы, измененного Государственной Думой.

Может быть, правы те, кто утверждает, что нынешние лидеры России — прагматики, готовые использовать любые идеологемы, если они им выгодны?

Поскольку речь идет, прежде всего, о людях, начинавших как правоверные коммунисты, продолживших карьеру в эпоху Ельцина как радикальные либералы, а на исходе прошлого века с успехом надевших маски державников, это очень похоже на правду. Мы видим, что при необходимости сегодняшняя российская элита использует как советские, так и белогвардейские образы, часто апеллирует к дореволюционной России, а иногда и к совсем уж экзотической публике.

Воссоединившись с Русской Православной церковью за рубежом, Московская Патриархия так и не ответила на недавнее прославление командующего созданной гитлеровцами «Русской Освободительной Армией» генерала Власова ведущими иерархами РПЦЗ. Прославляющие предателя священнослужители по-прежнему входят в редакционную группу учебника Основ Православной культуры, как протоиерей Георгий Митрофанов, и руководят Патриаршим центром духовного развития детей и молодёжи, как игумен Петр Мещеринов. Наконец, сами ветераны "власовской " армии и воевавшего против югославских партизан «Русского охранного корпуса», прибыв в Петербург на II съезд кадетов, суворовцев и нахимовцев, встретили самый теплый прием со стороны организаторов съезда, включая руководителей наиболее престижных военных училищ.

В то же время, в отличие от прибалтов и украинцев, симпатии к ветеранам «Русской Освободительной Армии» и других подобных формирований выражаются правящими кругами России неофициально, с оглядкой и, встретив сопротивление, тут же сдают назад.

В результате функционеры правящей партии порой вынуждены опровергать сами себя. Так, подписав указ о создании рабочей группы по реабилитации немецкой марионетки атамана Петра Краснова, глава Союза Казачьих войск России и депутат Государственной Думы от «Единой России» Виктор Водолацкий через несколько дней заявил, что «факт его сотрудничества с Гитлером в годы войны делает совершенно неприемлемой для нас идею его реабилитации».

Представить, под каким знаменем нас собираются вести в бой за суверенную демократию, почти невозможно. В лучшем случае вырисовывается нечто наспех сляпанное из нынешнего бело-сине-красного триколора, черно-желто-белого имперского стяга, красного флага СССР и разных сомнительных лоскутков, на одном из которых можно разглядеть наспех замазанную свастику.

Садисты против неврастеников

Ситуация становится еще запутаннее при взгляде на современное военно-патриотическое кино, остающееся, как и век назад, «важнейшим из искусств».

Парадоксально, но в эпоху СССР к дореволюционному прошлому относились с куда большим уважением, чем сейчас. В советской ленте «Минин и Пожарский» Москву от захватчиков освобождают давшие имя картине нижегородский купец и стародубский князь. В снятом недавно фильме «1612» освободителем оказывается придурковатый холоп Андрюшка, побеждающий лишь потому, что в его скорбное тело вселяется душа крутого испанского кабальеро. В кадрах советских «Героев Шипки» генерал Скобелев — отважный и талантливый воин, а в вышедшем под патронажем студии ТРИТЭ «Турецком гамбите» он — самоуверенный дуболом, который, рисуясь перед приглянувшейся барышней, мчится штурмовать Константинополь одним полком. Коммунистические власти не жаловали царских жандармов, но даже они не посмели вынести портрет начальника Жандармского корпуса Александра Бенкендорфа из эрмитажной галереи героев 1812 года — его подвиги как одного из храбрейших кавалерийских генералов и партизанских командиров войны с Наполеоном были бесспорны. Однако в недавнем сериале «Сатисфакция» нам сообщают, что Александр Христофорович даже не служил в армии! И вообще был не человеком, благородство которого отмечали Пушкин и многие другие современники, а полубезумным палачом. Примерно как Иван Грозный, которого в нынешнем году разоблачили сразу в двух «шедеврах».

Позитивные персонажи императорской России сплошь подаются как юродивые. Александр Колчак в «Адмирале» — унылый неврастеник, неспособный даже толком объясниться с возлюбленной. Столь же жалок юнкер Толстой в «Сибирском цирюльнике».

Будущий защитник престола и Отечества падает в обморок при виде женской груди, не может выстрелить в беглого революционера и плюет на присягу ради несвежей американской мадам. Если все же положительные герои отважны, то отличаются повышенной тупостью, как «Господа офицеры» из одноименного фильма. Об их совершенно секретном плане спасения царской семьи вскоре знает каждая собака, а самое романтическое благородие, оказавшись во вражеском тылу, начинает орать романс, причем соратники деликатно не решаются его заткнуть.

Не вносит ясности один из главных пропагандистов России, председатель ее Союза кинематографистов Никита Михалков. «Скоро настанет черед исторических картин, — предрек Никита Сергеевич 4 года назад. — У нас это может быть война 1812 года, Куликово поле, Александр Невский. Можно сделать потрясающую серию римейков, повторив картины, которые уже были сняты. Взять те же сценарии — „Адмирал Ушаков“, „Суворов“, „Кутузов“ и прочие, вынуть из них идеологию, актуальную для того времени, которой они были перегружены, и снять шикарные фильмы».

Действительно, за последнее десятилетие наши режиссеры сняли множество фильмов, где сталинский режим смотрится не лучше гитлеровского, заградотряды истребляют красноармейцев почище, чем эсэсовцы, а советские вожди выглядят извращенцами, маньяками и садистами. Но в упомянутых господином Михалковым лентах и других исторических картинах марксизм-ленинизм почти не заметен. Князь Александр Невский призывает новгородское вече к отпору крестоносцам, а не к экспроприации боярских имений.

Да и фельдмаршал Суворов, хоть и посмеивается над военной реформой Павла I, не собирается идти на Михайловский замок во главе революционных масс.

Совершенно неясно, об изъятии каких коммунистических догм говорит мэтр?

Зачистка массового сознания идет не только от коммунизма, но и от идеи сильной империи с опорой на русское национальное ядро. Не случайно российская держава в фильмах того же Михалкова смотрится чрезвычайно несимпатично. Как правило, ее герои либо возвышенно-юродивы, либо тупо-свирепы, либо изображены в стиле «a la Russ» с «banya» и «vodka», вроде закусывающего стаканом недалёкого начальника элитного юнкерского училища в «Сибирском цирюльнике». Благостно-елейно подается лишь предреволюционная Россия Николая II, но поскольку она бессильна предотвратить свою кончину, то примером служить никак не может.

Ненавязчиво доказывается, что и монархия, и социализм много хуже нынешней политической системы, при которой Россия начинает выбираться из тысячелетней помойки и одерживать блистательные победы.

Правда, как признал Владимир Владимирович, «в годы Великой Отечественной войны тоже было немало случаев такого героического самопожертвования, но тогда эти воины шли на свои подвиги под дулами винтовок и автоматов заградотрядов. Сегодня же они идут на них, движимые лишь чувством патриотизма и любви к своей Родине».

Умри за белого хозяина!

Какой же идеологией собираются заселять головы дорогих россиян Михалков и его покровители?

Важнейшей составляющей созданного ими суррогата является антикоммунизм, но ради сплочения общества вокруг правящего режима культ победы в Великой Отечественной войне сохраняется, а российское руководство провозглашается наследником победителей. Отдельные акции типа восстановления сталинского лозунга на станции «Курская» или, наоборот, попытки реабилитации Власова и раскрутка в СМИ оскорбляющего ветеранов письма «правозащитника» Подрабинека проводятся либо допускаются с целью отследить реакцию населения и оперировать массовое сознание более тонко. Голосование за Сталина на «Имени России» и акции типа уничтожения памятников пособникам гитлеровцев в подворье храма Всех Святых на Ленинградском проспекте показывают, что пока промывание мозгов не принесло должного эффекта и надо продолжать. Правительственная «Российская газета», комментируя сериал о женитьбе Сталина на собственной дочери, которую любящий муж регулярно бил, принудил сделать десять абортов и заставил отравить Ленина, горячо одобряет эту пакость. По словам ее обозревателя, «мифологические клинья вышибаются только мифологическими клиньями», а значит, подобные фальшивки надо снимать и дальше.

Параллельно в школьную программу по литературе вводится воспевающий власовцев и многократно преувеличивающий масштаб сталинских репрессий «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына. Продолжается реабилитация лиц, воевавших в «Русской Освободительной Армии» и других коллаборационистских формированиях. По данным УВД Красноярского края, каждый год там рассматривается и, как правило, удовлетворяется около сотни подобных исков, а согласно информации Магаданского УВД, только за первую половину текущего года в этом регионе признаны несправедливо осужденными 90 бывших власовцев и полицаев. Массовая реабилитация, как и торжественный прием престарелых гитлеровских пособников в российских военных училищах, широко не афишируются. Эти явления — сигнал не для масс, а для элиты, и особенно для будущих офицеров. Им показывают, что присяга — пустая бумажка и нарушение ее — обычное дело.

Одновременно в сознание российского гражданина вносится абсолютное табу на убийство военного или разведчика любой западной страны.

Если герои Голливуда с равным удовольствием истребляют русских, корейцев, сербов и террористов, исповедующих ислам, то персонажам российского военно-патриотического кино после неприятного для любителей общечеловеческих ценностей успеха «Брата-2» дозволено мочить в сортире только мусульманских боевиков и их пособников. Ну, еще разного рода бандитов и русских коммуно-фашистов, а в последнее время — немножко поляков да прибалтов с грузинами. В виде редкого исключения допускается дать по шее и заблужающемуся евроамериканцу, но без малейшего кровопролития. Всячески подчеркивается, что в странах НАТО живут наши друзья, с которыми мы плечом к плечу спасаем мир от легионов «бенладенов». Пусть даже ценой собственной жизни, как в снятом по заказу ФСБ фильме «Личный номер».

Там Президент России приказывает сбить над своей территорией самолет с радиоактивными отходами, чтобы захватившие его исламские террористы не смогли скинуть смертельный груз на заседающую в Риме «Большую семерку».

Малейшие отклонения от генеральной линии немедленно пресекаются. В экранизации боевика Олега Синицына «Скалолазка и последний из седьмой колыбели» американское ЦРУ заменено абстрактной корпорацией TRANCSS. «Уходят вроде бы совсем невинные эпизоды, — сетовал в интервью газете „Версия“ режиссер сериала „Русский спецназ“ Станислав Мареев. — Например, планировалась сцена, когда по ходу действий на территории одного из сопредельных государств, равно враждебного американцам и нам, российские самолеты засекают выполняющий разведывательный полет самолет „Стелс“. Пришлось убрать. Сочли дискредитацией американской технологии. Ведь официально самолет-невидимку засечь нельзя». "Уже несколько лет не реализуется проект по телевизионной экранизации серии моих романов, — вторит ему бывший капитан ОМОН и автор нескольких шпионских боевиков Никита Филатов. — Мне уже несколько раз намекали: «Ну почему ваши герои дерутся с американцами? Давайте они лучше будут им помогать… и все образуется!» Похоже, что целью этой пропагандистской компании является «зачистка» российского общественного сознания от любых проявлений антиамериканизма или недовольства Западом. И очень можно статься, что «отреформированная» Российская армия «нового облика» превратится в подобие вооруженных сил латиноамериканских и африканских «горилл», которые на протяжении десятилетий пресмыкались перед вашингтонским боссом и свирепо расправлялись с его врагами, а свою лакейскую роль для поднятия боевого духа прикрывали обрывками подвигов прошлого. Как это сделал в 1965 году диктатор Парагвая Альфредо Стресснер, пославший в составе американского экспедиционного корпуса усмирять Доминиканскую Республику батальон имени одного из своих предшественников Франсиско Лопеса. Поскольку Лопес погиб, отстаивая родину от тогдашних ревнителей общечеловеческих ценностей, картина получалась примерно такая же, как если бы Россия присоединила к десанту США в Венесуэлу батальон имени Минина и Пожарского. Похоже, заказчики нынешнего российского «патриотического» агитпропа желают именно этого.

Юрий НЕРСЕСОВ