СЛОВО ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Причём среди убитых и раненных далеко не все «гяуры». Тут и правоверные мусульмане, убийство которых даже в запале «священной войны» считается тяжким грехом. И это ставит точку на любых спекуляциях на тему «джихад» против неверных. Никакого джихада. Только демонстративное, рассчитанное на как можно больший резонанс, панику и общественную истерию убийство.

И вот тут они явно просчитались!

Два дня я наблюдаю жизнь в Москве, благо наша редакция располагается в пяти минутах ходьбы от метро «Парк Культуры», и два дня вижу просто фантастический похренизм и фатализм моих сограждан.

Нет и каких-то больших упрёков в адрес правительства и президента. Все отлично отдают себе отчёт в том, что никто и никогда не придумает панацею от таких атак.

Скорее общество сплотилось. Если ответ спецслужб будет быстрым и исчерпывающим, тот этот теракт таки останется лишь трагичной зарубкой на памяти народа. Но этот запас доверия начнёт быстро таять, если чреда взрывов продолжится.

И это сегодня ключевой вопрос для власти.

А теперь о конспирологии.

Много говорят, что эти взрывы де ответ боевиков на ликвидацию Саида Бурятского, идеолога исламского экстремистского подполья, но это, мягко говоря, притянуто за уши. Бурятского завалили 4 марта, то есть меньше месяца назад. А на подготовку шахидок уходит минимум несколько месяцев. На подготовку теракта тоже не одна неделя. То есть, эти взрывы можно «посвятить» недоброй памяти дохлого отморозка Саши Тихомирова, но только как постфактум.

На самом же деле эти теракты готовились как минимум с осени.

Уже лет восемь, как и МВД и спецслужбы на Северном Кавказе нацелены на выявление фактов исчезновения молодых (до сорока лет) женщин. Одни уходят добровольно — обычно жёны или сёстры погибших боевиков. Других просто похищают, а это на Кавказе практически равноценно обесчещиванию и, значит, пути назад уже нет. Далее следуют несколько месяцев обработки и промывки мозгов. Вариантов и способов зомбирования много, но процесс этот трудоёмкий и процент выхода очень невысокий. Обычно из трёх — пяти попавших на этот конвейер женщин шахидками становится лишь одна. Остальные отсеиваются по мере «погружения». Но живыми домой уже никто не возвращается. Их просто тихо ликвидируют, чтобы не допустить утечку. В любом случае — шахидки товар штучный и на поток не поставленный. За один раз больше четырёх- шести «сестёр смерти» не подготовишь. Слишком много сил требуется на обработку каждой потенциальной шахидки. Кроме того, «срок годности» у них так же ограничен. Психологическую настроенность на теракт трудно удерживать дольше двух — трёх недель. За тем наступает эмоциональный срыв — депрессия или наоборот гиппер активное, реактивное состояние, в котором шахидка становится слишком заметной.

Поэтому фантастически звучат «утечки» из спецслужб о группах в 12 и даже 20 шахидок, которые перебрасываются в наши города для терактов. Слишком уж заметна такая группа и трудноуправляема. Как показывают предыдущие удары по Москве — стандартная команда «смертниц» — 3–4 человека.

Поэтому рассказы о взрывах в московском метро как мести за Саида Бурятского это пустая болтовня.

Всё куда проще и опаснее.